Eusebius

О П.Шойрихе ,родившемся 24 октября 1883 г. в Нью-Йорке обычно говорят как о значительнейшем открытии для фарфоровой пластики начала 20 века. Более 100 его произведений стали выдающейся частью предлагаемой мануфактурой фарфора.Основной темой П.Шойриха стали театр,балет и опера.Наиболее красноречивым примером тому является группа фигурок "Русский балет"созданная под впечатлением блестящей постановки "Карнавала" ,осуществленной в 1910 г. Михаилом Фокиным из Петербургского Императорского Театра.Чувственное свечение и динамика подтверждают ценность пластики П.Шойриха.Балет показывает Эвзебия , как романтично-мечтательного поэта, Киарину , как робкую, сентиментальную 15-летнюю девочку. Шойрих представляет обоих в сцене, которая танцуется под 8-ую часть музыки для фортепиано. К.В.Беаумонт изображает развитие событий: В обеих руках красные розы, Киарина танцует перед ним; он следует восхищенно и увлечено за каждым ее движением, вытягивает руки к ней, он хочет обнять ее, но все же, к сожалению для него, она ускользает от него. Сознавая свою ошибку, он вымаливает прощение, стоя на коленях. Киарина наклоняется и дарит ему розу, которую он прислоняет нежно к губам.. На Эвзебиусе серо-синий кафтан с черным бархатным воротником и белыми лацканми. Синий бант под белым воротничком, запутанные, темно-русые локоны, подчеркивают беззаветное томление на бледном, нежно раскрашенном лице. Длинные натянутые на подошву панталоны раскрашены в клетку.Белое пальто и такой же белый цилиндр- маленькие детали заботливо, сделаны которые лежат около его ног, а так же книжки упавшие на землю. Опускаясь на калено, он в подавленном настроении, обещает, что впредь будет стараться сдерживать свои чувства. Кисть левой руки, направленная к сердцу, заверяет нас в искренности и чистоте ощущений и в глубокой преданности. Широко расставленные пальцы, нерасторопная осанка, все указывает на смущение, на беспомощную безнадежность, с которой он просит о снисхождении и прощении. Этот лирический гротеск с изобилием шутливой элегантности поясняет мгновения в каждой подробности. Киарина обворожительная девушка; с изобилием невиновной грации. В изображении Киарины Шойрих отчетливо отклоняется от образца балета . Он позволяет лентам капота порхать свободно. Роспись легка и светла, о темно-синих криналинах юбки Киарины в балете, напоминают лишь кромки воланов чуть нарашенных в синий. В руках Киарина Шойриха ,также несет розы. Также в этих фигурах не нужно узнавать никакие определенные личности. В роли Эвзебия в 1912 году в Берлине можно было видеть танцоров Аркадия Сергеева и Франца Верджинского. В роли Киарины могла выступать Мария Пильц. Она могла бы служить Шойриху как образец. Ошибочно считать, что фигура Эвзебия была Шойрихом сделана с танцора Лаврентия Новикова Балетмейстер Михаил Фокин называл "Карнавал" своим любимым детищем. Поставленный в 1910 году для благотворительного вечера всего за три репетиции, спектакль вошел в историю хореографии как одна из тех тонких стилизаций, в которые так любили играть Фокин и художник Лев Бакст. Только "Карнавал", при всей царящей в нем атмосфере изысканного кокетства, так и не познал того восторженного приема, которым сопровождались премьеры "Павильона Армиды", "Видения розы", "Шехеразады". Он никогда не уходил в область театральных преданий, время от времени появляясь в репертуаре то в виде отдельных вариаций, то целиком. Карнавал реминисценция ушедшей эпохи, парафраз ушедшего искусства. Пантомимные переклички Арлекина и Коломбины рождены заново современниками Мира искусства, блоковских циклов и Дягилевских сезонов. Любопытно, как в 1910 году переплелось старое и новое искусство: Нижинский (реформатор балета), Мейерхольд (реформатор театра), Карсавина (муза Фокина), Нижинская (сестра Вацлава, будущий хореограф) и Кшесинский с Бекефи (исполнители Петипа) все это первые исполнители Карнавала. Несколько месяцев Сергей Вихарев провел в театральных музеях и библиотеках. В итоге, его "Карнавал" - точная реконструкция парижской премьеры. Даже костюмы и точные копии оригинальных, которые придумал Лев Бакст. У Сергея Вихарева, восстановившего Карнавал, создается неожиданный эффект мы видим не танец по схеме Фокина, а костюмированный бал, драгоценное зрелище, своим шлейфом реанимирующее все главные события театральной жизни той поры. Как передать серию очаровательных сценок ,прелесть которых зависит от маленьких,неуловимых ,быстрых жестов ,лукавых улыбок,кокетливых перебегов и стильного жеманства ,передающего эпоху ,когда женщина была совершенно иной по внешности,по манере и по выражению своему? Вся она ,целомудренно одетая в большие юбки из кринолина со слегка виднеющимися из подних кружевцами белых панталончиков,вся она как будто говорила :" Не тронь меня!" Это был танец в стиле Тальони ,в стиле того давно забытого времени когда в балетном искусстве господствовала поэзия,когда танцовщица поднималась на пуанты не для того , чтобы продемонстрировать свой стальной носок, а для того чтобы едва касаясь земли , создать своими танцами впечатление легкости чего то неземного,фантастического. В этом танце не было ни одного пируэта, ни одного трюка, но как поэтичен , как прелестен и увлекателен был этот дуэт в воздухе.Эвзебий романтический мечтательный поэт на овальном постаменте, у ног которого лежат маска и цилиндр. Левая рука направлена на сердце, наполненного чистого чувства глубокой преданности, этим жестом он просит о снисхождении.